12109dc1     

Владимиров Виталий - Красный Туман



Виталий Владимиров
КРАСНЫЙ ТУМАН
Лосин вошел первым в пустой полусумрак купе, поднял свой ба-
гаж на верхнюю полку, повесил шинель на плечики, раздернул пах-
нущие влагой прачечной белые шторки и присел у окна, разглядывая
перрон вокзала с его негромкой ночной сутолокой.
Равнодушно светили молочные шары фонарей.
Уютный кубик купе создавал иллюзию спокойной отдельности,
за неплотно задвинутой дверью стукались чемоданы, шуршали о
стены плащи, переговаривались, сдерживая дыхание, голоса.
Несильно прогрохотала сдвинутая по желобу дверь, долговязый
худой мужчина в толстых очках, которые сильно увеличивали его
глаза, склонился из коридора в купе, пытаясь разглядеть нумерацию
мест. Он сморщил нос, обнажив крупные желтые зубы, шумно дышал,
что-то зло пробормотал себе под нос, торжествующе выпрямился и,
обернувшись, произнес:
- Я же говорил, что пятнадцатое здесь и, как всегда, был прав.
Он поставил небольшой чемодан вдоль дивана и сел рядом с Ло-
синым.
- Вот и прекрасно, - сказал вошедшая вслед за ним женщина.
- Добрый вечер!
- Здравия желаю, - негромко, но по-военному четко ответил Ло-
син.
- Вольно, - рассмеялась женщина и, закинув руки за голову, спус-
тила на шею платок. Она села напротив Лосина, раскинув полы рас-
стегнутого плаща.
Последней в купе боком вошла толстая девочка с сердитым ли-
цом. Она плотно уселась рядом с женщиной, которая, обмахиваясь
платочком, улыбалась Лосину.
Свежий аромат лаванды перебил казенные запахи купе.
В полутьме неясно светилось ее лицо, блестели глаза, матово
сверкала на белой шее нитка гранатовых бус.
Лосин невольно стал открыто рассматривать ее, пока, спохва-
тившись, не повернул голову к девочке. Та сидела, мрачно уставив-
шись в крепко сцепленные руки с обгрызенными ногтями.
Потом Лосин взглянул на соседа и встретился с огромными не-
мигающими глазами, как бы плавающими в аквариумах очков.
Силой случайных обстоятельств Лосин оказался в кругу незна-
комых ему людей и сидел среди них, как свой, как близкий, и Лосину
представилось, что воцарившееся молчание - это пауза в разговоре,
когда все уже сказано-пересказано друг другу перед прощанием.
Ощущение это, однако, было у Лосина кратковременным, именно
молчание обеспокоило его, поменяло его ощущения на обратные - он
понял, что они стесняются при нем говорить прощальные слова и
проявлять свои чувства - судя по единственному чемодану, ехал из
них кто-то один.
- Извините, - приподнялся Лосин со своего места.
Очкастый сдвинул ноги вбок. Лосин, протискиваясь между ним и
столиком, прижался к коленкам соседа, ощутив, какие они худые и
острые.
Пробравшись по коридору, Лосин вышел в тамбур и по решетча-
тым металлическим ступеням спустился на асфальт перрона.
Прошелся вдоль вагона и остановился под столбом с большим
круглым циферблатом электрических часов.
В черной щели между вагоном и платформой неожиданно воз-
никла голова обходчика. Молоточком на длинной ручке он постучал
по колесам, приподнял и захлопнул буксу.
Звук этот напомнил Лосину щелчок замка портсигара, он достал
папиросу, чиркнул спичкой, лицо его осветилось. Затянувшись дымом,
он приподнял голову и увидел, что стоит под окном своего купе.
Сквозь стекло на него смотрела сверху женщина, как на картине
Крамского "Незнакомка".
Спичка, догорая, обожгла пальцы. Лосин выронил ее и затер са-
погом.
Дрогнули стрелки часов, колокольчик динамика гулко объявил,
что посадка заканчивается.
Сделав пару глубоких затяжек, Лосин вернулся в вагон, но в от-



Назад